Ксения Шемякина

Меня иногда спрашивают: как так получилось, что я стала терапевтом и одновременно так глубоко погрузилась в театральную жизнь? Многим итересно: поддерживает ли терапия театральные практики и наоборот.

Расскажу как это было у меня. Сначала было обучение гештальт-терапии. А в театр… меня привела идея сделать что-то классное для дочери. Мне казалось, что театр — это пространство, где можно делать то, что в обычной жизни, в школе, в других «серьёзных» проектах не разрешают. А в театре об этом просят! Эта мысль меня зацепила, и я стала искать что-то для ребёнка, скажу сразу, дочь на этот курс не пошла. Я пришла на день открытых дверей по курсу для детей к М. Д. Мокееву, было два участника, три ведущий и ноль детей. Мы посмеялись, разговорились и в конце, уже почти шутя, сказали: «А давайте, раз дети не пришли, сделайте такой курс для взрослых!» Михаил Дмитриевич эту идею подхватил мгновенно. Я ещё до работы не успела доехать, а он уже присылает тезисы: «Посмотрите, если бы так, вы бы пришли?» Вот так начался мой путь в мир театра.

А потом случилась встреча гештальта и театра.

Однажды мы разбирали пьесу, и Михаил Дмитриевич объяснял про слои: вот что говорят персонажи, а за этим — что-то ещё, а потом исходные события… А я ловлю себя на мысли: «Боже, да это же прямо как в гештальте!» Про фигуру и фон, про то, как смысл рождается из контекста. Это было бесконечное удивление и восторг — увидеть как два мира говорят об одном. Мне это страшно помогало. Потом был плейбэк-театр, и другие театральные лаборатории. Например, у  Клима (это уже было серьёзное погружение, почти как второе высшее) на вопрос «Какой дьявол вас сюда привёл?» я сказала: «Дорога к себе». Так и идёт моя дорога — двумя параллельными путями, которые то и дело сливаются в одну тропу.

Мне бы хотелось открыть такую дорогу для каждого, кто смело или робко ищет себя, свой путь: хочет и готов узнать счастье альтернативного и буквального воплощения в жизнь своих порой странный и неожиданных способов оказаться действующим перед лицом бытия.